Ч у ж е з е м е ц. Но ведь мы знаем, что всякая душа заблуждается во всем не по доброй воле.

Т е э т е т.Бесспорно.

Ч у ж е з е м е ц.Заблуждение же есть не что иное, как отклонение мысли, когда душа стремится к истине, но проносится мимо понимания.

Т е э т е т.Несомненно.

Ч у ж е з е м е ц.Стало быть, заблуждающуюся душу должно считать безобразною и несоразмерною.

Т е э т е т.По-видимому.

Ч у ж е з е м е ц.Итак, в ней есть, видно, эти два рода зла. Один, который многие называют пороком, это, как весьма очевидно, ее болезнь.

Т е э т е т.Да.

Ч у ж е з е м е ц.А другой называют заблуждением, но соглашаться с тем, что это - зло, свойственное только душе, не желают.

Т е э т е т.Конечно, должно согласиться с тем, в чем я, когда ты это недавно сказал, усомнился, а именно что есть два рода зла в душе и что трусость, своеволие и несправедливость, все вместе, надо считать гнездящейся в нас болезнью, а состояния частого и разнообразного заблуждения - безобразием.

Ч у ж е з е м е ц.Не существует ли против этих двух состояний, по крайней мере для тела, неких двух искусств?

Т е э т е т.Каких это?

Ч у ж е з е м е ц.Против безобразия - гимнастика, против болезни врачевание?

Т е э т е т.Это ясно.

Ч у ж е з е м е ц.Так не существует ли и против высокомерия, несправедливости и трусости из всех искусств по природе своей самое подходящее - карательное - правосудие?

Т е э т е т.Вероятно, по крайней мере если говорить согласно с людским мнением.

Ч у ж е з е м е ц.Что же? А против всякого вообще заблуждения можно ли правильнее назвать другое какое-либо искусство, кроме искусства обучать?

Т е э т е т.Нет, нельзя.

Ч у ж е з е м е ц.Ну хорошо. Должно ли, однако, утверждать, что в искусстве обучать существует один род, или надо говорить, что их больше и что в этом случае самые важные в нем - два каких-то рода? Рассмотри.